0

09.04.2014

17:51

Антон Фролов

Любовь втроем в романтической комедии «Карусель “Ромашка”»

Яне Скопиной 30 лет. Как режиссер она по-настоящему раскрылась, только поступив во ВГИК, в мастерскую Сергея Соловьева. До этого Яна целых два года училась той же творческой специальности в МГУКИ, где сняла свой первый фильм «Чистый белый снег» с Соней Карпуниной в главной роли. Мы показываем последнюю на сегодня работу Скопиной — хрупкую комедию «Карусель “Ромашка”», историю непростой любви и дружбы одного мужчины и двух девушек на живописном фоне окраинного парка культуры и отдыха.


Бросить все на карту. В Московском гуманитарном университете я училась у режиссера Виталия Фетисова, именно он впервые показал фильмы Феллини и Куросавы. После встречи с Фетисовым кино и затянуло. Я тогда бросила в один момент свою работу декоратором, карьерный рост, трудовую книжку, медицинскую страховку и стабильную зарплату. Ушла в никуда, но было абсолютное ощущение, что там — мой путь. И на этом пути будет все, что необходимо. Поступила в МГУКИ на режиссуру, но меня отчислили на втором курсе за прогулы. «Прогуливали» мы с моим другом Женей Костькиным потому что снимали наш первый фильм «Чистый белый снег». Потом поступила к Сергею Соловьеву.

Снежок «Кокаинеточки». «Чистый белый снег» — моя первая работа. Мы каким-то удивительным образом ее сделали. Ничему не учившись, ни разу ничего не снимая, мы решили сразу снимать на пленку. У нас не было ни денег, ни профессиональной группы. Но мы нашли камеру и пленку. Это была авантюра. И я рада, что мы с этого начали. Сейчас этот фильм для меня — нежный и наивный. Фильм, отражающий наше состояние и умения того момента. Этот фильм стал началом нашей дружбы с Соней Карпуниной, которую мы сняли потом в фильме«Загород». «Загород» побывал на «Кустендорфе», был номинирован, помимо режиссерской премии, на операторскую. Я его очень люблю, люблю те места, в которых мы снимали. Еще был клип «Кокаинеточка». Там снимались Надя и Таня Степановы. Я очень люблю двадцатые годы: Вертинский, Вера Холодная, немое кино и наш современный Хамдамов. Мне хочется сделать еще что-нибудь в этом духе.

Головокружение. «Карусель “Ромашка”» появилась из желания понять и разобраться, что такое дружба и что такое любовь в своей основе. Мы часто не понимаем, кто кем и кому приходится. И мне охота с этим разобраться. А сценарий сложился из разных реальных историй. Вот, например, в конце фильма есть момент, где герои сели на карусель, как включить — придумали, а как остановить — не подумали. Подобную историю рассказал мне директор парка: двое охранников однажды решили покататься ночью на карусели. Включили кнопку палкой, не подумав заранее, как выключать. Так и катались до утра, пока их не сняли. Одного из них потом забрали в больницу с психическим расстройством.

Легкие артисты. Я слышала группу «Моя Мишель», в которой поет Таня Ткачук. Мне хотелось использовать их музыку. Поэтому мы договорились о встрече. Когда я Таню увидела, сразу поняла, что не только ее музыка мне подходит, но и что она сама должна обязательно сыграть роль певицы. Еще там на сцене Таня поет старые песни Ларисы Мондрус. По-моему, это гениальные песни, которые отлично спела Таня, они по духу очень подошли к картине. Мне хотелось смешать что-то современное — то, что я слышу здесь и сейчас, — и что-то такое, из прошлого, которому вторит атмосфера парка. Таню Пеникер я пробовала до этого на другую роль. И в моей голове, при написании сценария, уже она была. Насчет Гелы Читавы (исполнитель главной роли в фильме Бакура Бакурадзе «Шультес». — Прим. ред.) подсказал Соловьев. В принципе, никаких мучительных проб и долгих поисков не было. Работалось со всеми очень легко. Особенно с Гелой. Он всегда органичен.

На «Бабке». Основное место съемок — Бабушкинский парк культуры и отдыха. Я жила там рядом одно время. И когда пришла туда впервые, парк мне запомнился своей атмосферой. Немного советской. Как будто время там остановилось. Мне такие места близки.

Мы шагаем по Москве. Когда я снимала это кино, в моей голове были разные образы. Они есть всегда. Они как ориентиры, чтобы не сбиться с пути. Был образ у Тани. Есть видео, где она поет песню «Дура» на концерте, на нем я увидела белые перья у нее на ресницах. И эти ресницы стали тем, на чем потом построился образ певицы целиком. Было и изначальное ощущение еще на стадии написания сценария, что мы создаем что-то созвучное кино оттепели, в том числе «Я шагаю по Москве». Только там одна девочка и два мальчика, а у нас наоборот.

САС. Сергей Александрович Соловьев мне очень близок по духу. Как-то так получается, что у меня очень с ним схожий взгляд на мир. И учусь я у него не случайно. Ни у какого другого мастера во ВГИКе я учиться бы не хотела. Я поступала именно к нему. Больше ни к кому.

Страх высоты. Однажды мы снимали, как герои катаются на карусели. Таня Ткачук боялась кататься, она вообще каруселей боялась. Поэтому мы договорились, что фронтальные планы мы снимаем не на высоте, а только на разгоне карусели. А для общего плана, когда карусель поднимается наверх, я планировала попросить переодеться в Танин костюм нашу художницу и снять ее как дублера. Но Таня вдруг сказала, что она сама поедет, так как нельзя идти на поводу собственных страхов. Я несколько раз переспросила, точно ли она уверена, что сможет. Таня кивнула и села на сиденье. Карусель разогналась и поднялась. И тут Таня закричала: «Снимите меня! Остановите карусель! Мне плохо! Я больше не могу!» Но карусель ведь запрограммирована, и раньше остановить ее никак нельзя. Я стояла внизу, не могла ничем помочь, у меня у самой разрывалось сердце от того, что Тане наверху очень плохо. Я понимала, что она там сейчас может и сознание потерять, и вообще все что угодно может с ней произойти. Когда карусель спустилась вниз, Таня вышла бледная. Прошла шатаясь и попросила закурить. Я никогда до этого не видела ее курящей.

Улыбка Моны Лизы. Соловьева перед показом попросили обсудить и разобрать кино, чего он в принципе не любит делать. После просмотра он встал и сказал: «Ну а чего тут обсуждать? Ну чего, например, обсуждать “Мону Лизу”? Кино мне понравилось. Но, может, кто-то все же хочет обсудить?»

Любовь земная и небесная. Сейчас я работаю над развитием авторского объединения «Лента Фильм», такой основой, которая позволит снимать кино и не голодать. Не только мне, но и многим авторам, которые выйдут из ВГИКа в никуда. Работаем вместе с Женей Костькиным и с Сергеем Жильцовым. Все сейчас, по-моему, запутались с пониманием рода деятельности продюсера. На больших производствах он уже стоит во главе всего. На мой взгляд, продюсер является именно тем, что и заложено в названии его профессии — производственником (produce — производить). И если человек понимает основное свое назначение — сделать все, чтобы картина была произведена: найти деньги, договориться с людьми, не мешать авторам и т. д., — то и картина сложится. Сложится без потерь. А потери в основном несет творческая группа, больше всего режиссер, потому что ему приходится заниматься не своим делом — организационной деятельностью вместо творческой. Найти хорошего продюсера — очень большое дело. То, что происходит у меня, немного другое. С производственными и вообще со всеми вопросами и должна помогать «Лента Фильм».

По зубам. На полный метр есть не просто идеи. У нас уже написано два сценария. Наш Соловьев сказал про один из них одному продюсеру: «Если ты это сделаешь, у тебя будут золотые зубы!» Мы пока так и не запустились. Возможно, оттого что сейчас в моде фарфоровые зубы, а не золотые. Но я думаю, что все, что должно случиться, когда-нибудь случится. И мы снимем это кино.

Сноб

Комментарии:

Чтобы написать комментарий, войдите через одну из социальных сетей: